Первое утро на море…. Погода яркая, солнечная, жаркая. Конец сентября, 30 градусов – для нас, после питерских 12 – ти, вообще фантастика. Пёсы после двух суток в поезде впали в счастливое бешенство. Они даже не знали – играть им друг с другом, самим с собой или просто носиться – образовалось какое-то безумное броуновское движение всего стада на скоростях, близких к реактивным. По крупным камушкам … это сказалось на них быстро.
Пляж был очень просторный, сначала серый песок, потом широкая полоса увесистой гальки. Посторонний люд равномерно распределён по окрестностям, и место нашей тренировки было вклинено между загорающими организмами. И тут стая засидевшихся в поезде собак громко заявила о своём здесь присутствии. Боже мой, КАК они радовались!

Собаки, в смысле, чего нельзя было сказать об отдыхающих. Как-то само собой и довольно быстро обозначилось место дислокации нашей тренировочной площадки. Кусок пляжа как бы вдруг обнесли невидимым заграждением, через которое людям было невозможно пройти.

В течение последующих 10 дней эта часть берега всегда была пустой в любое время суток, народ предпочитал там не располагаться. На всякий случай…
Хотя, много было и тех, кто старался устроиться со своими матрасами и детьми максимально близко, чтобы иметь возможность наблюдать за нами и, по возможности, общаться.
Я, наколотая обезболивающими, выползла к морю одной из первых, согласно графику.

Довольно приличная волна швыряла на берег лодку, вторая лежала вытащенная из воды. Два человека пытались удерживать надувнушку, третий запихивал в неё очередного страдальца-спасателя. Аква аэробика высшего класса! Мне было предложено посидеть на бережку со своей поломанной спиной, а вместо меня с Белкой позанимались бы инструктора. И пока мы ждали своей очереди, решили попробовать просто поплавать. Я на четвереньках сползла в воду, в полуприседе борясь с волной и Белкиными сомнениями.
Волны-то она видела не впервые, но… как-то больше они были значительно, чем на Ладоге. Да ещё она по привычке попробовала попить водички, и чувство глубокого омерзения охватило её всю. В дальнейшем она плавала и занималась в море с большим удовольствием, но плотно стиснув зубы. Даже из озера Рица пить не стала. На всякий случай. А в тот момент пришлось мне помочь ей преодолеть психологический барьер, и мы поплыли. И опять - сумасшедшие растопыренные глаза рядом, постоянные попытки повернуть обратно к берегу, удары мощных лап в опасной близости от моего лица… Но! У меня не болела спина! Я каталась на волнах, испытывая громадное наслаждение от отсутствия боли, мучившей меня уже двое суток непрерывно.
Обратно я выползала так же на четвереньках,

соба выбиралась самостоятельно, испытывая неизведанное ранее чувство ударов под хвост большой массы воды. Но помогать ей я уже не могла, самой бы выкарабкаться… Тут и наша очередь настала вспомнить спасательные навыки. К этому моменту народ уже решил не испытывать судьбу


и не тратить силы. Лодки лежали на берегу, и все упражнения, с ними связанные, проделывались на суше. Дело в том, что многие собаки постигали спасение здесь впервые, а те, кто уже занимался, впервые видели море, да ещё такое неспокойное. Поэтому надо было сначала просто внушить собакам, что требуется в лодку залезть, а потом из неё по команде выпрыгнуть. Это и проделывалось с новичками на берегу. И надо сказать, не все собаки видели смысл в этих бесполезных прыжках туда-сюда.



Колбаса и сосиски уничтожались килограммами во имя успеха. Для нас, опытных спасателей, это упражнение не составило никакого труда. Не смотря на то, что лодки были другие, чем на питерских тренировках. Одна так и вообще - с чрезвычайно широкими и высокими бортами, ещё и обвешанными верёвками по всей длине. Уже потом, в море, Белка при каждом прыжке цеплялась за эти верёвки задними лапами.
Упражнения в воде (управление, буксировка человека, его же вместо лодки к берегу за апорт) я проделала сама, хоть спина продолжала болеть. Всё отлично, уверенно, спокойно. Ничто не забыто, явное удовольствие от работы собака получает. Поучили только технике захода и выхода из воды во время сильного волнения.


Пару раз вместе с инструктором зашли с ней и вышли, поднимая её за ошейник перед самой волной, чтоб поняла, как надо голову над водой держать. А вот и последнее, самое «любимое» упражнение - апорт К лодке. Исполняется на берегу. А мы его со времён экзамена в конце июля (т.е. два месяца) не делали. В программу первенства оно не входит. И, конечно же, мы этот апорт плюём с глубоким отвращением. То есть, мы его даже в рот не берём, отворачиваемся. А надо-то взять и отнести терпящему бедствие в метре от нас инструктору! Эта ехидна тычет своим башмаком во все стороны света, лишь бы увернуться от ненавистного предмета. Она привыкла к компромиссному варианту – брать этот апорт не из рук, а с воды, тогда она хоть как-то выполняла упражнение. А здесь-то фигушки! Не положишь апорт этот на воду – тут же по лбу им и получишь! Да и брать его с воды не хочется – вода-то мерзкая, горькая – солёная…А с руки мы его НИКОГДА не брали. Вот и упёрлись в проблему. На чём и заканчиваем, получив напутствие отрабатывать команду «Возьми!» все предстоящие сутки до следующей тренировки.
И кто б этим занимался! Не то, что сутки, а хоть разик, хоть минуточку! Мы ж на море первый день! Она первый раз в жизни, я – третий (первый раз мне было 5 лет, второй – ребёнку моему было 5 лет). Стыдно сказать, но плюнули мы на это дело. Ну, не то, чтобы плюнули, а просто как-то не срослось… Сразу после тренировки мы опять пошли лечить мою спину, то есть плавать. Потом перекусили с Танюшкой, и я героически поползла до ближайшей аптеки запастись ампулами и шприцами. Я не позволяла себе ни минуты бездействия, иначе бы скопытилась окончательно. Надо сказать, что спина – моё больное место вот уже лет 20, и я хорошо знаю, как и сколько по времени тянутся такие вот «прихваты», и что может спасти. Обычно это дней 10 при условии ежедневных посещений меня соседки-массажистки, профессионального врача-реабилитолога. Поэтому меня разбирала дикая злость на саму себя – ведь мы здесь ВСЕГО 10 дней, и никакой соседки рядом… надо было срочно что-то делать. Ведь работать же в основном приехали, причём активно. И я выбрала для себя тактику «незамечания» и «необращениявнимания», но для этого надо было обезболиться. Скажу сразу – три дня уколов и практически непрерывное пребывание в море всё сняли. На четвёртый день я и думать забыла о спине.
А в первый день надо было успеть так много! Хотелось ещё и обозрить окрестности, и разведать расположение ближайших «колбасно-сосисочных» пунктов, да просто потусить с народом и дать наиграться и расслабиться собам. Поэтому НИЧЕГО мы не делали и не отрабатывали.
Второй день тренировок – практически полный штиль. Море неизбежно, как рок. Корабли спущены на воду, весь берег усеян амуницией для различного рода упражнений. В трёх точках площадки одновременно активно работают три инструктора,
Оля Королёва, Ксюша Семикова, Катя Кормакова

три хозяина и три собаки. Остальные, – ждущие своего часа или уже отработавшие, балдеют рядом кучками.

Юля Наумова с Тимошей

На второй день все наши собаки напоминали кучку инвалидов – паралитиков. Они с трудом ставили лапы на землю. Первый день безумных скачек по гальке напоминал о себе каждым шагом. То есть они нормально ходили по дорожкам, по песочку, но как только доходили до полосы гальки – тут-то их и раскорячивало. А в море-то иначе не попадёшь… и ковровой дорожки никто стелить не собирался, ну не взяли мы с собой ковров!
Второй день запомнился мне дивным преображением собачьего сознания. Я не знаю, что и когда щёлкнуло в этой загадочной мохнатой головёнке, какую рукоятку там повернуло, но только она вдруг взяла и сделала с первого раза этот треклятый апорт к лодке! Причём так спокойно и по-будничному, будто всю жизнь только этим и занималась… Ещё вчера она воротила нос от втискиваемого чуть ли насильно в рот апорта, а сегодня… Сегодня – лодка далеко в море, в ней мечется и молит о помощи непотопляемый инструктор. Мы у кромки воды: я стою с апортом в руках, она послушно сидит у ноги по команде «рядом», внимательно следя за телодвижениями в лодке. При первом крике сую апорт к носу и командую «возьми», полная тоски при мысли о длительной борьбе и уговорах. Спокойно и деловито хватает апорт и быстро устремляется к лодке. Плывёт целеустремлённо, высоко подняв голову, как бы уже издалека протягивая этот апорт инструктору – типа – несу! Несу! Сейчас – сейчас! Я радостно стравливаю фал (он к апорту привязан), стараюсь делать это предельно аккуратно, чтобы не помешать собе, выполняющей первый раз непокорное упражнение. Доплыла, отдала прямо в руку, не плюнув. Я за фал лодку к берегу тяну, она рядышком плывёт, серьёзная такая, в предвкушении колбасы. И вот что это было?! С начала июня до первого дня Сочей в конце сентября картина была стабильно одна и та же. Глубоко неудовлетворительная. И без всяких дополнительных усилий, вдруг одномоментно всё изменилось. Инструктора сказали, что это стандартный переход количества в качество. А я вот думаю, что моя гадюка с самого первого раза поняла, что от неё хотят. Просто надо же было хоть где-то по – сучьи выпендриться. Почему именно это упражнение было выбрано для этой цели – не знаю. Могло быть любое другое. Выбрала это.
С этого дня всё пошло гладко, ровно, стандартно. Все тренировки слились в памяти.
Она работала стабильно, выполняя упражнение за упражнением без сбоев, с удовольствием, вызывая восхищение наблюдающей посторонней публики. Те из них, которые тоже жили на нашей базе, регулярно при встречах выражали мне восхищение Белкой, её послушанием и красивой работой. Было приятно и радостно, что длительные усилия, наконец, принесли свои плоды. Но обнаружилась ещё одна интересная черта характера. При том, что Белка всегда хорошо давала себя фотографировать, роль звезды её явно привлекала, все попытки зафиксировать наиболее яркие моменты тренировок она пресекала на корню. То есть, категорически отказывалась работать на камеру. Любую. Будь то хоть видеокамера, хоть фотоаппарат. Ей прекрасно удавались прыжки из лодки. Чем дальше, тем лучше. И речи не шло – прыгнет – не прыгнет. Речь шла – на сколько метров в длину и как высоко мы прыгнем сегодня. Красивый длинный полёт, сама любовалась. Порой мне даже приходилось просить утопов отплыть подальше, чтобы она не плюхнулась им на голову. И вот, в какой-то из дней, я попросила Олю Королёву и Юлю Никифорову этот полёт запечатлеть. Мы с Белкой отплыли в лодке, утоп зашёлся в истерическом крике, девочки стоят по колено в воде с нацеленными объективами, всё готово, и… Эта тварь начинает с лаем скакать взад – вперёд по лодке, вставать передними лапами на борт, ругаясь на утопа во всю глотку, дербанить с утробным урчаньем зубами свисающую вдоль борта верёвку – короче, веселиться от души, не обращая ни малейшего внимания на мои требовательные позывные.

Мы несколько раз начинали всё сначала, и каждый раз всё повторялось в том же духе. Кончился весь этот спектакль тем, что она улеглась всем телом на борт лодки, развесив все четыре ноги в разные стороны. С видом – а не пошли бы все! Достали!

Снимок прыжка, правда, не самого удачного, мы всё-таки исподтишка потом сделали. Ну, хоть как-то, спасибо и на том.

В предпоследний день к нам приезжало телевидение. И первый канал, и местное. Снимали нас и с утра, и после обеда.

Для показательных выступлений были отобраны надёжные собаки, работающие стабильно. Таких было немало. Каждая должна была показать по одному упражнению. Нам выпало продемонстрировать апорт к лодке (тот самый!). Тут я окончательно убедилась в истинно женском характере моей принцессы.
Она ВЗЯЛА этот апорт. Она даже поплыла к лодке. Я-то уже расслабилась к концу сезона, привыкла, что она всё делает без сбоев.

И тут эта своенравная особа выплёвывает апорт на полпути к лодке, поворачивается и плывёт обратно к берегу… просто так, ни с того, ни с сего. Никто её не отвлекал, просто сзади была АГРОМАДНАЯ камера на треноге. А на камеру мы не работаем, вот.
В заключение рассказов о тренировках хочется сказать, что мы с Ксюшей Семиковой, глядя на Белкин выпендрёж к концу нашего пребывания, пришли к выводу, что собаке стало просто-напросто скучно. Надоело каждый день делать одно и то же. Она ж ещё, всё-таки, ребёнок, ей надо, чтоб интересно было. И уж совсем было решили начать с Белкой отрабатывать «неподвижного утопа» и «выборку», как закончилось наше время. Сначала выставка, потом Рица, потом телевидение и… пора было возвращаться в холодный Питер.

Здесь была я :)

Я тут тоже был, пока читал мой принтер елозил туда-сюда, видимо тоже читал этот же тест (только у него получилось быстрее чем у меня прочитать). Написано здорово.

Igor' (Игорь), а ты чего самиздатом занялся? Или пиратскую книжку хочешь выпустить? :)

Надо жа как-то перевоспитывать и отмахиваться от "водолазолюбов"

Оч понравилось! :-)

Галочка! Белк... !!! В общем, сама все знаешь))) (сорри, что вдруг на "ты")))

p575:Аня] Спасибо за рассказ, всегда с удовольствием читаю, написано с настроением, красивые фотографии, одним словом МОЛОДЦЫ…

Здорово и интересно!Пишите еще!

Очень понравился рассказ!

Я в восторге :),спасибо за положительные эмоции!