Ну вот и закончились все тренировки, экзамены, соревнования и прочие нервности в виде работы и – наступил долгожданный отпуск. И вот мы летим под песни по Приозерскому шоссе во второй половине дня в воскресенье. До безобразия радует абсолютно пустая полоса и многокилометровая встречная (в сторону города) пробка. Обычно-то мы в ней по воскресеньям… А тут – солнце, ветер, весёлая музыка, довольная мордаха Белки, свесившаяся из багажника в салон и – впереди две недели свободы!
Погода на первой неделе нам выпала суперская. Жара к 30 градусам, дни стояли стеной. И тратить их зазря, торча около дома, не хотелось. Опять-таки, хотелось оценить полученные в тренировках навыки, откорректировать послушание и, в преддверие поездки в Сочи, проверить собаку на отношение к волне. Поэтому мы каждое утро собирались и отправлялись (15 мин. на машине) на Ладогу. В месте впадения в неё Вуоксы.
В прошлогодний удивительно жаркий август (причём, второй его половины) Ладога напоминала Балтику где-то в районе Клайпеды. Широченные золотые пляжи с нежным песочком, такое же дно, и дюны, поросшие соснами. И тёплая – тёплая вода. И много-много народу :))).
Естественно, главная беда нас всех – это бросаться спасать, ежели в воде присутствует высокая людская активность с криками. На объяснение собаке того момента, что не всякий, в воде кричащий, нуждается в её помощи, ушло два дня. Делала я это следующим образом. Садилась сама возле воды на песочек, собака по команде сидеть - рядом. Я обнимала её ласково одной рукой, типа для общности бытия, при этом была морально готова зафиксировать её обеими руками, ежели вдруг рванёт. И разговаривала с ней непрерывно ОЧЕНЬ спокойным голосом. Обо всём подряд – о том, как славно играют в воде детки, как классно плывёт вон та группа в полосатых купальниках, какая дивная погода, и какая красота нам с ней досталась. Если кто-то в воде вскрикивал особенно резко, обнимала её крепче и старалась отвлечь внимание, даже пальцем ей куда-нибудь в другую сторону показывала… и она следила, куда и зачем, и отвлекалась. Через два дня мы могли совершенно спокойно ходить по пляжу, единственная беда – такие же встречные на берегу, коих надо было всех обнюхать и облизать.
Конечно же, мы не сидели часами на солнцепёке. Мы практиковали отработку выдержки в перерывах между длительными заплывами и играми. Мы переплывали Вуоксу и оказывались на таком же ладожском берегу, но абсолютно пустом (там с берега не подобраться, а народ с вещами туда перебираться не стремился). Там мы отрывались – поднимали стаи чаек, кидались палками, боролись и, конечно же, опять купались. С волной нам повезло только один день – первый. Потом все дни был абсолютный штиль. Но зато в первый день волна была классная. И не очень большая, чтоб напугать собу, – всего порядка метра, и не такая уж маленькая, чтоб совсем не ощущалась.
Первый заход в эту волну очень напомнил первое знакомство с водой. Я не стала никак вмешиваться в процесс Белкиного общения с природой. Я просто побежала в эти волны и поплыла, оглядываясь на неё. Она, конечно же летела за мной, и только оказавшись в воде среди волн, ощутила, что как-то оно не так, как в «придворной» купальне… Стала поворачивать к берегу, но на мой призыв быстренько сориентировалась, приноровилась к волне и дальше мы уже плавали рядом, ловя кайф от катания с волны на волну. При этом, видя её расширенные от первоначального ужаса растопыренные глаза, я принялась весело хохотать, говорить ей всякие разности ни о чём весело и спокойно, старалась касаться её в воде рукой. На это ушло 2 – 3 минуты. В дальнейшем она уже бежала в волны первая, оглядываясь на меня.
А в остальные дни мы просто оставляли нашего папу в шезлонге при вещах и машине, и уходили берегом километров на 5 – 7 по плотному песочку, исследуя новые просторы.
Так душевно было налегке, имея на себе всего и груза, что купальник да рулетка, в компании моей подружки брести полосой прибоя, не думая ни о чём… Когда становилось жарко – стоило только кинуть рулетку на песок и повернуть в воду - плавали, сколько хватало сил и желания, а потом снова шагали дальше (кто шагал, а кто носился и скакал – догадайтесь – кто?). И опять-таки, ничего без задней мысли не делалось: что может быть полезней для юных ножек, чем километров 10 в день по плотному да по рыхлому песочку? Вперемежку с плаваньем? Да не в напряг, а с играми и валяньями – кувырканьями на берегу… Не знаю, повезёт ли нам когда-нибудь ещё в жизни с такой погодой и водой на Ладоге. Это большая редкость для нашего севера.
Вторая неделя была попрохладнее. Вода в Ладоге моментально пришла в норму (ноги сводит минут через 5 – 7). Поездки наши прекратились, начались многочасовые прогулки по пересечённой местности. Карельский лес – это много корней, много камней, завалы поваленных стволов, скальные обрывы и топкие болота. Далеко не рощица с прогулочными тропинками. Она шла за мной повсюду. А куда ж денешься? Купались каждый день раза по четыре, благо от дома до берега Вуоксы шесть минут ходьбы нога за ногу. Я ставила конкретную цель – некий береговой репер, докуда надо доплыть и вернуться, чтоб получилось ну хотя бы пара километров за купанье. Ну, это для меня пара километров, а у этой дурочки больше выходило. Поскольку просто прямо плыть она не могла. Ласт у меня тогда ещё не было, обгоняла она меня быстро, а, догнав, тут же начинала обплывать вокруг, то есть дорогу мне перегораживала (тренированная, блин!). Я же не останавливалась, как на тренировках, а продолжала плыть прямо. Ей снова приходилось догонять, снова обплывать, снова она в стороне, а я впереди. Иногда ей это на фиг надоедало, и она не догоняла меня уже, а плыла куда-то в своём направлении – ну интересно же всё-таки – утки там, кувшинки всякие. Вот таким зигзагом она наматывала километров раза в два, наверное, больше моего. И до того я ньюфа водой замучила, что, в конце концов, в один из дней, на последнем вечернем купанье она категорически отказалась лезть со мной в воду. Так и выкупались – я плыла обычным маршрутом, а она по камышам вдоль берега скакала, следя за моими перемещениями. Но ко мне так и не поплыла, как я ни надрывалась, зовя её. Хитрая бестия! Я даже «тонуть» пыталась – никакого эффекта. Она напрочь отказывалась верить, что такое вообще может со мной случиться. Наблюдала за мной ну ОЧЕНЬ внимательно. Но с берега. В воду так и не пошла.
Тренировки и моя посттренировочная коррекция поведения принесли неожиданные плоды. Как-то вечером пошли с нами купаться соседская девочка с подружкой, лет по 14-15 девицам. Им хотелось, чтобы Белка их в воде покатала. Ну и решили проверить, как она спасать будет. Сделали всё по правилам. Собака на берегу у ноги сидит, по команде рядом. Одна девица зашла в воду, поплавала (собака сидела спокойно!), потом начала биться и взывать о помощи. Я даю команду. Белка делает пару неспешных шагов по воде и останавливается в задумчивости. Оглядывается на меня с немым вопросом в глазах. Я подтверждаю своё желание довольно строгим голосом. Продолжает стоять… ещё пара мелких шажков… опять печальный карий взгляд… Я уже рявкаю довольно злобно и делаю шаг в воду. Вздохнув так тяжко, что круги по воде пошли, обречённо поплыла, но так вальяжно, неспешно… ну, доплыла, подставилась, и так же лениво обратно с девицей на шее. Опозорились мы, короче. Правда девочки были в восторге и от этого, они в принципе не видели никогда спасающую по команде собаку, но мы-то с Белкой осознавали свой стыд… по крайней мере я :)). А Белка, похоже, пыталась понять – надо всё-таки или не надо плыть к человеку, кричащему в воде? Для нашего 11-месячного умишки это оказалось нелёгкой задачкой. То тебя гонят в воду чуть ли не пинками, то, наоборот, обнимают и зубы заговаривают… Окончательное решение по этому вопросу она приняла спустя месяц в Сочи. Но это совсем другая история.